Крымская территория пыток

Крымская территория пыток

14 июня 2018, 17:24Политика

Преступления России против Крыма и его жителей не закончились на аннексии. И хотя путинский режим по-прежнему не пускает в Крым международных наблюдателей, кое-что все равно становится известно.

С начала аннексии правозащитники зафиксировали, около двух сотен случаев негуманного обращения с людьми, четверть из которых – пытки. Некоторым жертвам удается сбежать из цепких лап ФСБ, и они готовы рассказать о пережитом миру. С начала фактической аннексии Крыма украинские правозащитники зафиксировали 181 случай негуманного обращения с жителями временно оккупированного полуострова, в 55 случаях это были пытки.

Все прекрасно понимают, что, если бы международные наблюдатели, в частности, комиссар ООН по правам человека, смогли бы посетить полуостров и пообщаться с местными жителями, то нарушений явно было бы зафиксировано больше. Только вот доступа в Крым нет ни для кого.

Глава правления общественной организации "Крым SOS" Тамила Ташева напоминает, что не так давно спецдокладчик ООН по противодействию пыткам Нильс Мельцер хотел попасть в Крым для мониторинга тюрем, но российская сторона ему отказала. Поставили условие, чтобы визит Мельцера проходил в рамках процедур, "предусмотренных для официального посещения национальной территории РФ".

В сложившейся на территории аннексированного полуострова ситуации особенно ценны случаи, когда людей все-таки удается вытащить из цепких ФСБ-шных лап. И также крайне важно, что жертвы режима находят в себе силы предать гласности свою историю. Конкретные факты кремлевской бесчеловечности, звучащие во всеуслышание, несомненно, служат на пользу позиции Украины.

Так, недавно своей историей с киевскими журналистами поделился пострадавший от пыток ФСБ крымчанин Ибрахимджон Мирпоччаев. В столице он живет уже несколько месяцев. C вопросами безопасного выезда из оккупации, средствами для проживания на первое время, арендой квартиры его семье помогал "Крым SOS", знакомые и друзья.

Адвокат, эксперт благотворительного фонда "Право на защиту" Дмитрий Дворкин, который занимается документальным сопровождением семьи Ибрахимджона, отмечает, что заявления в Государственную миграционную службу Украины о предоставления Мирпоччаевым защиты в Украине уже поданы. Он также подчеркивает, что вне зависимости от решения ГМС, фонд будет поддерживать эту семью. "Если не сможем решить вопрос на национальном уровне, будем поддерживать обращение в Европейский суд по правам человека", – добавляет Дворкин.

Рассказывая свою историю, Ибрахимджон часто сглатывает комок в горле. Руки его дрожат. На журналистов перед собой он не смотрит – только в стол. Тихий голос и манера разговора лучше любых слов выражают ужасы воспоминаний о событиях прошлого лета.

Мирпоччаевы большой и дружной семьей жили в Белогорском районе Крыма, в селе Новокленово. У Ибрахимджона есть еще трое братьев, жена, дети, отец и мать. 10 августа 2017 года в шесть часов утра в их дом ворвались неизвестные. Впрочем, нашивки на форме говорили сами за себя: незваные гости оказались сотрудниками Федеральной службы безопасности России. Мужчин они избили, женщин и детей довели до истерики, после чего в течение около двух с половиной часов обыскивали дом. "Перевернули весь дом, вплоть до сарая и курятника. Вытащили исламскую литературу, там был Коран и еще несколько книг", – вспоминает Ибрахимджон.

После этого мужчину вместе с отцом и двумя братьями загрузили в затонированную газель, надев на голову мешки, то есть, полностью лишив возможности что-либо видеть, и привезли в неизвестное помещение. Там семью разделили: братья с отцом остались в одной комнате, а Ибрахимджона отвели в другую. Мужчину привязали к стулу, стянув ноги и руки скотчем, и вновь начали избивать. Первые удары пришлись в грудь и голову, а продолжалось избиение несколько часов. Параллельно с физическими издевательствами его засыпали вопросами: куда ходишь, с кем общаешься, кого знаешь? Более того, пытались связать его с "Исламским государством" и войной в… Сирии. "Спрашивали у меня, когда я ездил в Сирию и воевал за ИГИЛ? Я им говорил, что никуда не ездил, не покидал территорию Крыма. Но они отвечали, что я вру", – рассказывает мужчина.

На избиении ФСБ-шники не остановились. Мужчину запугивали и шантажировали, обещали изнасиловать его жену, а детей отдать в детский дом. Надевали на голову пакет и душили, требовали признаться в экстремизме, таскали по полу, шесть или семь раз били током. "С меня сняли джинсы, трусы, положили на пол, стянули руки сзади и вместе с ногами обмотали их скотчем. Назад что-то всунули и прицепили еще-что, в рот запихнули тряпку. Включили какой-то аппарат, меня трясло и било током, внутри будто все горело", – мужчина говорит об ужасах, которые ему пришлось пережить, не поднимая глаз.

Пытки длились часами. После издевательств один из похитителей заявил Мирпоччаеву, мол, будь благодарен брату: с тобой больше не продолжим. Ибрахимджона сфотографировали, сняли отпечатки пальцев, все перемещения от помещения к неизвестности мужчина находился с мешком на голове. В итоге он оказался на улице, где рядом с собой по голосам узнал одного из своих братьев и отца. Тут же Мирпоччаев услышал и крик второго брата: "Вас отпустят, а меня оставят". Так и случилось. Ибрахимджона Мирпоччаева, его отца, второго брата погрузили в машину и увезли. Примечательно, что в течение всей дороги (тогда еще было непонятно, куда именно их везли), один из похитителей повторял, что Мирпоччаевы должны молчать о случившемся. Всем говорить, что их отвозили для обычной проверки документов и обходились с ними хорошо. В противном случае, если правда всплывет, вся их семья просто исчезнет. "Сказали еще: "Теперь мы ваши покровители, будем вам звонить, будете ходить по мечетям, знакомиться и собирать для нас информацию"", – отмечает Ибрахимджон.

Через несколько дней стало известно, что брат Ибрахимджона, которого ФСБ-шники не отпустили, находится в изоляторе временного содержания. По версии следствия, патрульный на улице попросил его предъявить документы, тот отказался, оказал сопротивление, оскорбил полицейского и пытался сбежать. Ему инкриминировали административное правонарушение – 15 суток содержания под стражей за якобы нападение на полицейского. Брат позвонил Ибрахимджону сам, попросив принести еды (трое суток ничего не ел). Когда по истечении злополучных 15 суток Мирпоччаевы пришли встречать брата, их уже ждали "старые знакомые" – ФСБ-шники (Ибрахимджон узнал их по голосам), в сопровождении еще нескольких неизвестных. Семейству прямым текстом озвучили ультиматум: выполняете наши требования или возвращаемся к "процедурам".

Требования были следующие: во-первых, один из братьев, тот, что отсидел в ИВС, должен подписать непонятные незаполненные бумаги, во-вторых, все они должны быть на связи, чтобы явиться по первому вызову. "Тогда для нас было главное – уйти оттуда в целости. Поэтому брат подписал кипу пустых бумаг – и нас отпустили. Мы уехали домой. Несколько месяцев нас не трогали. Я ходил на работу. Пока не поступил звонок с незнакомого номера: "Вас беспокоят из ФСБ, на следующий день явитесь с братьями по такому-то адресу"", – говорит Мирпоччаев. Отвертеться от сотрудничества было нельзя. Обещания пыток звучали вновь. По указанному адресу Мирпоччаевым снова дали какие-то неизвестные бумаги. Они подписали, а на следующий день – оставили свой дом и покинули Крым.

Сегодня Ибрахимджон Мирпоччаев работает на СТО, говорит, что строит новую жизнь. Его дети, к счастью, уже не просыпаются по ночам от криков и не плачут.

Крымский адвокат, специализирующийся на политических делах, Эмиль Курбединов подчеркивает, что это не первая и не последняя история с пытками в Крыму. По его словам, представители спецслужб России пытаются таким образом собирать факты для будущих уголовных дел по статье об экстремизме или терроризме и склоняют человека к сотрудничеству со спецслужбами любыми способами. Курбединов отмечает, что по всем схожим делам на территории оккупированного полуострова он вместе с коллегами собирает соответствующую информацию.

Также уже были поданы заявления и в военную прокуратуру, и в военный следственный комитет Российской Федерации (который должен осуществлять надзор за спецслужбами). "Конечно, я не думаю, что мы там добьемся какой-то правды, но мы все это собираем для международных инстанций. Главным образом, будем говорить там, что по этим случаям не ведется никаких расследований, Россия не признает, что ее органы в лице спецслужб применяют такие методы, как пытки, и пытается это скрыть", – подчеркивает он.

В свою очередь начальник отдела прокуратуры Автономной республики Крым (центральный офис находится в Киеве) Максим Кандзьоба отмечает, что на сегодняшний день по делу Мирпоччаева продолжается досудебное расследование: "Указанный факт очень специфический, и я благодарен, что они сообщили об этом. Уголовные производства во многом зависят от активной позиции пострадавшего".

В целом, по его словам, на сегодняшний день зарегистрировано около 140 уголовных дел по факту пыток и жесткого обращения с людьми на территории Крыма. Но сколько в Крыму людей, пострадавших от российских пыток, на самом деле, остается только гадать.

УНИАН

Все по теме: пытки



События по теме
Погода

влажность:

давление:

ветер:

влажность:

давление:

ветер:

влажность:

давление:

ветер:

влажность:

давление:

ветер:

влажность:

давление:

ветер:

Опрос

Какая участь ждет "Крымский мост"?

Такой монолит простоит века!
Рухнет и очень скоро
Достоит до возвращения Крыма
Какой еще "Крымский мост"?
» Архив опросов
Календарь событий
« Август 2018
ПН ВТ СР ЧТ ПТ СБ ВС
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031 
Мы в соцсети
Реклама
Наверх